Уже давно известно, что ключевым фактором успеха в современной войне является господство в воздухе. Первый БПЛА Shahed-136 был сбит 12 сентября 2022 года вблизи Купянска. С тех пор ужасные атаки дронов на мирные города стали ежедневными, а на передовой так называемые рои БПЛА часто не дают буквально поднять голову нашим защитникам – настолько их много.
Впрочем, к сожалению, ракетные обстрелы тоже стали нашей жуткий обыденностью. Гибель и ранения людей, разрушения домов, школ, детских садов, магазинов – россияне пытаются сделать нашу жизнь невыносимой…
О работе ПВО, новейших технологиях, перспективах развития украинской ракетной и дроновой отраслей – в эксклюзивном интервью для today.ua с известным авиаэкспертом, ведущим научным сотрудником Государственного музея авиации Валерием Романенко.
- Валерий Дмитриевич, прошедшая неделя была аномальной для Киева. Поскольку в столице с визитом находился спецпосланник США по вопросам Украины генерал Кит Келлог, мы имели возможность несколько ночей спокойно выспаться. Кстати, такая пауза – еще одно свидетельство, что Путин боится только Трампа.
Сейчас россияне запускают по несколько сотен БПЛА по территории Украины каждые три-четыре дня. Конечно, Кремль стремится сделать эти удары еще более массированными. Недавно руководитель специального штаба по вопросам Украины в Бундесвере генерал-майор Кристиан Фрейдинг, отвечающий за координацию помощи нам, сказал, что планы агрессора предусматривают возможность одновременного применения до 2000 ударных дронов. Наверное, это реальная цифра, потому что России ничто не мешает производить такое количество. Сможет ли наше ПВО справиться с ним?
– Во-первых, это нереальная цифра. 15 мая ГУР доложило, что россияне за месяц способны выпустить 2700 ударных шахедов и до 2500 “Гербер” (это фальшивые цели), то есть всего 5200. Это более-менее соответствует итогам за прошлый месяц – в июне россияне выпустили по нам 5400. В этом месяце по состоянию на 22 июля – 5000. То есть количество нарастает. Однако все равно оно ограничено.
Именно шахедов из этих пяти тысяч примерно 50%, иногда 60%. То есть три тысячи, не больше. Рост есть. Но что такое три тысячи в месяц? Это сто в день. Где здесь тысяча? Где здесь две тысячи?
Да, за один раз они смогут запустить и две тысячи, если у них есть такое большое желание. Но тогда в другие 29-30 дней месяца им останется запускать по 10-15-20 шахедов ежедневно.
Во-вторых, давайте теперь посмотрим на результаты работы противовоздушной обороны при массированных запусках. Самый массированный запуск в этом месяце был 9 июля – 728 только беспилотников (даже до тысячи здесь и близко не дотягивает; ракеты не беру). Из них 296 сбиты, 415 локационно утрачены. Шахедов меньше половины – более 300. Эффективность работы противовоздушной обороны 97,7%. То есть из каждых ста запущенных шахедов до цели долетело два, в лучшем случае три.
Возьмем 12 июля. Было запущено 597 беспилотников всех типов. 319 сбито, 258 локационно утрачены. Эффективность противовоздушной обороны почти такая же – 96,6%. 16 июля – 400 шахедов, эффективность ПВО 85%, 19 июля – 344 беспилотника, эффективность ПВО 91%.
Понимаете, мы сейчас сбиваем дроны теми средствами ПВО, какие у нас есть. Однако мы все время получаем от Европы новые средства. К тому же возобновились поставки от Соединенных Штатов. Плюс сейчас берем на вооружение новый вид оружия ПВО – зенитные беспилотники.
- Фрейдинг говорит, что украинская противовоздушная оборона должна стать более эффективной. Да кто же против? Однако диванные эксперты пишут, что у нас нечем сбивать шахеды. Это правда?
– Вы же видите статистику. Можно почитать Telegram-канал Воздушных сил. Там есть ежедневные отчеты. И цифры, которые я вам назвал, в общем-то соответствуют действительности.
Что касается немассированных атак, здесь немного другая картина. 18 июля, к примеру, к нам прилетели только 35 дронов, но эффективность обороны 48,5%. То есть, когда немассированные налеты, мы не то чтоб расслабляемся, но не поднимаем истребители и не применяем ракеты. А россияне в такие дни бьют по местам, где практически нет противовоздушной обороны.
То есть подытожим. Россияне могут совершить атаку из двух тысяч БПЛА, но только один-два раза в месяц, и то если нарастят производство хотя бы до четырех тысяч.
– Что у нас с дронами-перехватчиками, о которых сейчас много говорят? Есть надежда, что, когда будет масштабировано их производство, это кардинально изменит работу ПВО?
– Здесь сложно сказать. Массовое производство сейчас разворачивается. Главное, что эти дроны созданы.
К зенитным дронам есть несколько требований. Для того чтобы они были эффективными, им нужно иметь скорость, которая как минимум в полтора раза будет превышать скорость шахедов. А лучше вдвое. На встречно-пересечных курсах сбивать шахеды трудно, поскольку дроны-перехватчики пока не имеют систем автоматического донаведения с использованием искусственного интеллекта. Догонять намного комфортнее для оператора, потому что пока он использует только собственное зрение. Поэтому самый эффективный метод – это погоня, то есть атаки сзади-сверху или сзади-снизу. А для этого нужно превышать скорость шахеда и иметь такую же высоту полета, как у него.
Сейчас наши производители из компании WIY DRONES говорят, что разработали два типа беспилотников-перехватчиков – эффективно работающий по шахедам STRILA и перехватчик российских дронов-разведчиков BUREWIY. Плюс на рынке есть дрон “Багнет” от компании Tenebri и немецкий Titan Falcon для дальнего радиуса действия от компании Donaustahl GmbH, они тоже на стадии испытания, а в перспективе будут поставляться для Вооруженных Сил Украины. Есть еще Sting от украинской группы Wild Hornets (“Дикі шершні”). То есть существует целый ряд таких беспилотников.
Что касается российских разведчиков. К примеру, 22 марта вышла статья, где фото- и видеосъемкой подтверждено сбитие 2517 российских разведывательных беспилотников. И при этом только один шахед. Почему? По сути, проблема скорости. Потому что разведчики имеют скорость от 80 до 120 километров в час. Их легко догнать.
Сейчас разработаны специализированные скоростные беспилотники, потолок которых вдвое превышает высоту полета – пишут, что они способны подниматься на 5,5 км. А отдельные типы наших зенитных беспилотников способны лететь до 15 минут, чтобы догонять шахеды.
Кроме того, заключены договоры с ведущими производителями радиоэлектронных систем. Например, с крупнейшим датским оборонительным концерном Terma, выпускающим бортовые комплексы обороны для истребителей F-16. В Украине эта компания, в частности, сотрудничает с Odd Systems. Есть договоренность совместно разрабатывать системы донаведения, то есть машинное “зрение” с элементами искусственного интеллекта для того, чтобы облегчить работу операторов, и чтобы российские шахеды можно было сбивать на встречно-пересечных курсах. Это самый выгодный для нас способ – сбивать на подходе, а не так, чтобы они пролетали, а мы догоняли их.
- Как ПВО различает фальшь-цели?
– Как правило, происходит селекция по скорости. Фальшивые цели отстают от шахедов. Поэтому на радиолокаторе можно включить режим “селекция по скорости” - и все летящее, например, на скорости менее 150 километров в час, просто не будет выводиться на экран. Когда я был военным, мы действовали именно так, чтобы малоскоростные цели (такие, как легкие гражданские самолеты) не засоряли картинку. Возможно, сейчас есть еще какие-то более современные методы.
– Сегодня идет война дронов. Недавно офицер ГУР сказал нашему сайту, что мы являемся законодателями моды в этом сегменте. Россия тоже не пасет задних. Что прогрессивного появилось у них? Кто новатор – мы или они? Кто диктует моду?
– Сейчас никто никому ничего не диктует, поскольку идет соревнование. Где-то мы успешнее, где-то они. Мы более системно все используем. У нас есть проект “Линия дронов”, призванный масштабировать самые эффективные беспилотные системы украинской армии, есть совместный проект Генштаба ВСУ, Министерства обороны, Министерства цифровой трансформации и Госслужбы спецсвязи и защиты информации “Армия дронов”, направленный на развитие военных беспилотных летательных аппаратов. Есть национальная военная система ситуационной осведомленности “Дельта”, которую используют, в частности, Сухопутные войска. Она построена по стандартам НАТО и способна сотрудничать с американской тактической сетью обмена данными Link 16, которую используют страны Альянса и другие союзники.
Потому системно мы работаем лучше. Но что касается массовости – уступаем. И по дальнобойным дронам мы далеко позади. Здесь мы пока не в состоянии догнать россиян. По разным причинам. Одна из них – мы не взяли и не скопировали своевременно шахед и не работаем, скажем, над совершенствованием одного удачного вида. У нас несколько видов беспилотников, поэтому все не столь успешно идет. То есть, к сожалению, не мы забрасываем Россию тысячами шахедов, как они нас пытаются. Однако на линии фронта у нас успехов гораздо больше. Как и по зенитным дронам. Хотя по дронам с управлением по оптоволокну тоже пока отстаем…
– Есть немало хороших новостей о том, как западные партнеры помогают нам производить БПЛА. Однако Китай прекратил поставки комплектующих для производства украинских дронов и полностью переориентировал экспорт на Россию. Какими будут последствия для нас?
– Ну, придется так, как Иран и Россия, работать через фирмы-прокладки плюс менять поставщиков. Оптоволокно и электродвигатели выпускает не только Китай. Да, европейское производство будет дороже, но эти вещи производят многие страны Дальнего Востока и Юго-Восточной Азии. Потому просто будет переориентация в выборе производителей.
Что до Китая, отношение к нему и европейских стран, и Соединенных Штатов будет меняться. Пекину выгодно, чтобы эта война продолжалась. Си Цзиньпин открыто способствует ее продлению. Он не желает поражения России. Однако Китай делает это на свою голову. В конце концов, выводы сделает весь мир. Китай – страна уязвимая. Это только кажется, что она мощная. Если отказаться от ее продукции, в Китае начнется что-то страшное из-за кризиса перепроизводства и нехватки рынков сбыта.
– Дождаться бы этого.
- Думаю, что всему миру придется стимулировать эти процессы в Поднебесной, потому что сами по себе они не произойдут.
- Следующая тема – ракеты. Говорят о технологическом прорыве в области разработки отечественных ракет. Что вы скажете?
- Ничего не скажу, потому что пока о применении речь не идет. Были единичные прилеты по России. И то информация о них от россиян – не наша. Президент сказал, что было несколько успешных пусков. К слову, это не ракеты, а беспилотники с реактивными двигателями. До ракет они еще не дотягивают.
О баллистике вообще пока не о чем говорить. Она находится на стадии завершения испытаний и подготовки к выпуску. То есть хороших новостей нужно подождать.
Швейцарская компания Destinus разрабатывает ракету Ruta. Она уже больше похожа на ракету, хотя тоже что-то среднее между крылатой ракетой и беспилотником с реактивным двигателем. Посмотрим. Пока официальной информации в медиа не было, а инсайды, сами понимаете, вам никто не скажет.
- Российский авиационный потенциал намного превосходит украинский. В результате наших спецопераций сильно пострадала их стратегическая авиация. Что у них происходит с самолетами – с производством, с наличием, с ремонтами?
– Разберем по категориям.
Самолеты гражданской авиации. В 2022 году россияне произвели последние такие самолеты, в 2023-м - ноль, в 2024-м под забором стояла пара самолетов, они их восстановили. Все их проекты – МС-21, Ту-214 – пока не вышли из стадии испытания.
Хотя на Казанском авиационном заводе построили новые специальные производственные корпуса, а в Ульяновске идет производство транспортных самолетов, но пассажирские в России практически не производятся. Хотя были большие планы, даже на уровне государственных программ.
Дальше боевые самолеты. Самолеты стратегической авиации Ту-22М-3 и Ту-160 производили один в несколько лет. После удара, когда россияне одномоментно потеряли 11 самолетов, ничего восстановить не удалось. И это видно по тому, сколько крылатых ракет сейчас запускают по нам. Максимальный пуск был 11 июля – 26 ракет. Но они поднимали тогда все, что могли, – и Ту-95 ТС, и Ту-160. Это была пятая атака за всю войну с использованием Ту-160. Они вообще этот тип не использовали. Теперь вынуждены это делать. Это был последний их резерв.
Что касается самолетов тактической авиации, тоже неоднозначная ситуация. Они начинали войну, имея около 160 штурмовиков. Осталось где-то 120, но здесь нужно еще отминусовать те самолеты, которые отработали ресурс или были повреждены и списаны. А чисто сбитых с видео- и фотоподтверждением примерно 40. И эти потери невосстановимы. Так же невосстановимы, как и самолеты стратегической авиации.
Самолеты фронтовой авиации – это бомбардировщик Су-34, истребитель-бомбардировщик Су-30СМ и истребитель завоевания преимущества в воздухе Су-35. Потери Су-34 (до 35 машин) они восстановили. Заводы выпускали по 10-12 самолетов в год, поэтому сейчас практически то же количество, с которого они начинали полномасштабное вторжение. Ничего не изменилось. А Су-30СМ и Су-35 у россиян на данный момент даже немного больше, чем в начале полномасштабного вторжения, потому что по ним потери были минимальные, а выпуск достигал 7-8 машин ежегодно.
– Россия готовится к войне с НАТО. Они выдержат противостояние с Альянсом в воздухе?
- Ситуация неопределенная, потому что Европа сейчас завершает перевооружение на боевые самолеты пятого поколения. А в России этих самолетов менее двух десятков. Соединенные Штаты уже выпустили, кажется, более тысячи F-35. Если взять еще американские самолеты F-22, то против одного российского самолета пятого поколения есть сотня натовских. То есть здесь россияне отстали навсегда.
Но россияне имеют большое количество истребителей четвертого плюс-плюс поколения, опционально способных нести даже по паре ракет Р-37М с дальнобойностью до 200 километров. Они в какой-то мере способны противостоять натовским самолетам пятого поколения – хотя видят их на меньших расстояниях, но смогут доставать на больших. То есть способны оказывать серьезное сопротивление в воздухе.
Как будет проходить воздушная война, как сложатся боевые действия внебе, сложно предсказать. Скорее всего, россиян расстреляют, если произойдет воздушное противостояние России и НАТО. Хотя у них количество истребителей четвертого плюс-плюс поколения больше, чем пятого поколения во вместе взятых европейских натовских стран, но качество сможет сработать против количества, как когда-то в случае с воинством Саддама Хусейна.
– Современные военные технологии просто фантастические. Мы уже видим роботизированные комплексы на передовой, видим суперсложные зенитные комплексы, теперь еще искусственный интеллект добавился во многих видах вооружения, это вообще невероятные перспективы. Кто сейчас в авиационном сегменте первый на планете?
– Соединенные Штаты.
– А Россия в этом списке на каком месте? В десятке, в пятерке, в тройке?
- Трудно сказать, потому что сейчас все засекречено. Скорее всего, на третьем месте. Соединенные Штаты, затем Китай, затем Россия.
