Недавно кто-то из военных экспертов сказал, что самым страшным годом с начала полномасштабного вторжения для нас был 2022-й, самым сложным - текущий, даже несмотря на то, что летнее наступление россиян, на которое у кремлевского фюрера было столько надежд, постепенно захлебывается.
О ситуации на фронте и внутри страны, о возможных сценариях развития событий в эксклюзивном интервью для today.ua рассказал первый заместитель командующего Сил специальных операций в 2016-2019 годах, заместитель секретаря Совета национальной безопасности и обороны в 2019-2020 годах генерал-майор запаса Сергей Кривонос.
"У нас достаточно потенциала, чтобы выстоять"
- Сергей Григорьевич, на днях одиозная нардеп Безуглая сообщила, что вы якобы не находитесь в Украине. "Ибо сбежал", – написала она в Facebook. Так странно такое читать о человеке, который в 2014 году, командуя обороной Краматорского аэродрома, провел 47 дней в полном окружении врага. Мы с вами разговариваем по телефону 10 июля без всякого роуминга. Планировали пообщаться утром, но вы перенесли время разговора, потому что нужно было хотя бы немного поспать после очередной ужасной ночной атаки на Киев. То есть вы на месте, никуда не делись. Почему появляются такие инсинуации?
- Вообще-то не хотелось бы о ней говорить, но, если вы уже спросили, отвечу так: Безуглую часто используют как раздражитель, как лакмусовую бумагу для тестирования реакции общества на определенные процессы. Одно время так использовали Арестовича, который впоследствии уехал в США, однако Марьяна почему-то о нем не пишет. И это ее право. О своих же не пишут.
Безуглая достаточно серьезный провокатор и подрыватель доверия к военным. А для армии потерять доверие народа - самое ужасное. Поливая грязью руководящий состав Вооруженных Сил, она пытается действовать по принципам, которые в 1917 году применял немецкий генштаб, разваливая российскую армию.
Что касается меня, я не собираюсь оправдываться перед ней, а читателям объясню, что уезжал по делам в Польшу и Соединенные Штаты, но вернулся еще в середине апреля. Уверен, что она об этом знает, однако почему-то использует устаревшую информацию. Просто в который раз Банковая дала команду "фас!" для моей дискредитации, чтобы облить меня грязью за правду, которую я доношу до украинского общества.
- На днях в интервью "Украинской правде" руководитель фонда "Вернись живым" Тарас Чмут сказал: "Войну на истощение мы понемногу проигрываем. Когда ты смотришь на проблемы из разреза лет и общей ситуации в стране и на фронте, то мы понемногу исчерпываем воду из корабля, который тонет". Однако мне кажется, что вы все-таки настроены более оптимистично.
- Человек, которого вы процитировали, имеет право на свое мнение о ходе войны. Но оно, на мой взгляд, тупиковое. Я всю жизнь служил в Вооруженных Силах, некоторое время работал в Совете национальной безопасности и обороны, поэтому понимаю, как должно быть организовано сопротивление и работа внутри государства во время такого противостояния с врагом. Отвечу коротко: у нас достаточно потенциала, чтобы выстоять в этой войне. Мы можем проиграть, если пассивно будем наблюдать за событиями и не пытаться исправить ситуацию.
Если банально считать все количественно, то да – можем проиграть. Но я все считаю в качественном отношении.
Состояние российской армии, какая б она ни была многочисленная и хорошо вооруженная, очень зависит от экономики. Как и ВСУ, и вообще любой армии в мире. Если нашу экономику замещает материально-техническая помощь западных стран, то поддержка союзников России гораздо меньше. Поэтому нам нужно продолжать системно уничтожать добычу, переработку и транспортировку газа, нефти и других полезных ископаемых агрессора. Таким образом, мы существенно уменьшим вливание денег в российский ВПК и вообще в экономику. Когда российская армия своевременно не получит снаряды, дроны, горючее и многое другое, когда Путин не сможет платить большие деньги своим военным за участие в боях на территории Украины, враг будет терять свои наступательные возможности.
Простой пример. В результате ударов, которые ВСУ во взаимодействии со Службой безопасности и Главным управлением разведки наносили по нефтегазовым промышленным объектам, наполнение российского бюджета от продажи нефти и газа в первом квартале этого года снизилось на 25%. Это хорошая цифра?
- Не то слово.
- Но ведь вы помните, как политики многих западных стран начали кричать, что "не надо этого делать"? Это свидетельствует о том, что мы шли по правильному пути. Надо идти дальше.
Следующее. Если наша власть не переведет в соответствии с Законом "О мобилизационной подготовке и мобилизации" экономику страны, органы исполнительной власти и местного самоуправления, предприятия, учреждения, бизнес на функционирование в условиях военного положения, то все будет так, как сказал этот руководитель мощного фонда. А если мы будем идти по перечисленному мною пути, то у нас огромные шансы победить в этой войне.
- Мы способны провести такую работу?
- Послушайте, я не могу вложить свои знания и опыт в головы сидящих на Банковой людей. Вот все говорят, что я критикую власть. Не критикую, а открыто говорю о существующих проблемах и конструктивно подсказываю, что необходимо делать.
Я отдал армии 32 года, прошел путь от рядового солдата до генерала. Как спецназовец, как человек, стоявший у истоков Сил специальных операций, а затем долгое время на разных уровнях отвечал за вопросы национальной безопасности, понимаю, каким образом можно разрушать враждебные государства и добиваться успехов. Это была моя работа. Те вещи, которые предлагаю, я не взял из головы. Это опыт других войн. Следует его использовать в современных условиях. Вот и все.
- Если бы вас слышали.
- Если не стучать в дверь, вам никогда ее не откроют. Не открывают? Надо искать другие пути – стучать в окна и по трубам. Моя цель – чтобы люди понимали, что ситуация не тупиковая. Главная задача украинского общества – подталкивать руководителей всех уровней к принятию нужных решений, а не пассивно ждать и возмущаться "вот они ничего не делают". Напомню, что украинская власть избрана народом. Если она с точки зрения народа защищает интересы Украины несоответствующим образом, то мы имеем право громко говорить правду об этом и принуждать к изменениям в пользу национальной безопасности.
– Мы в свободной стране живем, кстати. Можем выражать свое мнение.
– Это вы так считаете. Но европейские специалисты, анализирующие наше информационное пространство, говорят, что у нас уже начались определенные ограничения.
– Теперь о фронте. Продолжается летняя наступательная кампания россиян. Да, они продвигаются и даже захватывают некоторые территории, однако общая динамика не меняется – прорывов нет, обе стороны сохраняют боеспособность и по всем параметрам Украина держит оборону под контролем. То есть для российского Генштаба результаты должны казаться удручающими. Якобы недавно Герасимов представил Путину план на второе полугодие. Поскольку нет шансов захватить всю территорию Донецкой области, они поменяли цели на этот период. Это создание и расширение буферных зон в Харьковской, Сумской, Днепропетровской и Запорожской областях. Какие у вас прогнозы?
- Вы снова меня толкаете к непопулярным вещам. Я не люблю делать прогнозы. Смотрите. Да, россияне ведут активные наступательные действия на многих участках российско-украинского фронта и потенциал на самом деле у них пока есть. Они будут продолжать прощупывать слабые места на переднем крае и пытаться в стыках между зонами ответственности подразделений прорывать, прогрызать, придушивать нашу оборону и дальше продвигаться вперед. Имея определенное преимущество по количеству и качеству дронов во фронтовой полосе, количеству артиллерийских снарядов и комплексов РЭБ, враг может этого достигать.
Но ведь вопрос не в наступательных способностях и численности российской армии, а в способности ВСУ и украинского тыла держать оборону. Главная задача – понять, мы можем активно противостоять или нет. Как противостоять и что нужно делать, мы с вами уже обсудили.
Нам нужно системное восстановление украинского тыла. Это путь к нашей Победе.
– И наши военные, и российские истощены физически и эмоционально. Путин считает, что время работает на него и что, в конце концов, его голову увенчают лавры победителя. Мы – что время работает на нас, потому что постепенно налаживаем производство своего вооружения и активно учим людей, которых привлекают в войско. По вашему мнению, на чьей стороне сейчас время?
– На стороне тех, кто анализирует свои ошибки и, несмотря ни на что, признает их и работает над системными изменениями. Поэтому сами делайте выводы.
Я не был бы таким пессимистическим, как те, кто считает, что "все пропало". У нас есть кем и чем воевать. И не просто воевать, а победить в этой войне.
На самом деле у России есть слабые места. Это государство не высокотехнологичное. Изготовление его оружия зависит от поставок комплектующих, прежде всего из Китая. Это первое.
Второе. Определенную часть комплектующих Россия завозит через вторые-третьи страны, и это как раз задача для Службы внешней разведки - отслеживать все маршруты и затем выносить прилюдно в виде нот протеста государствам, где это осуществляется.
Третье. Еще раз скажу, что системное разрушение российской критической инфраструктуры существенно ослабляет обеспечение потребностей их вооруженных сил.
Четвертое. Мы вообще не ведем информационную войну. Зачем нам множество подразделений информационно-психологических операций, которые, к сожалению, не делают то, чем должны заниматься по функционалу? Когда эти подразделения подсчитывают лайки под постами определенных начальников, начиная с первого лица страны, становится очевидно, что люди, управляющие государством, в определенных моментах не понимают, для чего эти воинские части созданы.
Россия имеет огромные противоречия внутри, а мы ни разу не начали их раскачивать.
Пятое. Когда представители определенных силовых структур вместо того, чтобы иметь четкую информацию о производстве оружия и комплектующих для него, о путях перебрасывания этого оружия, о станциях погрузки и разгрузки, маршрутах выхода в районы стартовых позиций (имею в виду ракеты и шахеды), снимают ролики о рейдах на гидроциклах и встречаются с американскими компаниями, а потом об этом рассказывают в эфире, не следует удивляться, почему в некоторых моментах мы не дорабатываем. Когда начинают заниматься тем, что им удобно, а не тем, что прописано в служебных обязанностях, то каких результатов мы ждем? У нас есть руководство определенных организаций, которое не в курсе, за что непосредственно отвечает их структура.
"Безответственность, к сожалению, является сейчас мощной чертой определенных властных слоев"
- Российские Z-блогеры пишут, что у них "есть надежда, что к осени будут определенные территориальные достижения". Известно, что россияне, если не могут захватить город, тупо его разрушают. Это все, на что они способны. Людей очень волнует судьба Сум, Славянска, Краматорска, Запорожья.
- Ваша фраза "не могут захватить город, поэтому уничтожают" не совсем правильная.
- Почему?
- Они могут взять, но будут нести потери и потратят много времени на это. Россияне сделали выводы из городских боев 2022-2023 годов (речь идет о Лисичанске, Северодонецке, Авдеевке, Бахмуте) и поняли, что проще обходить города, окружать их, блокировать логистику и таким образом заставлять наши подразделения их оставлять, поскольку нет поставок вооружения и боеприпасов, даже элементарно воды.
Так же россияне будут делать и дальше. Но вы перечислили немаленькие города. Поэтому ситуация будет зависеть от нашей способности организовать правильную противодронную борьбу. Начали ли власти того же Славянска, Краматорска, уже не говорю о Запорожье, Харькове и Сумах, строить инженерные сооружения и дополнительные дороги, имею в виду туннели или полутуннели, которые позволяли бы защитить нашу передвигающуюся технику от ударов с воздуха и осуществлять обеспечение городов несмотря на активность дронов? Вот если такое начнут делать, то мы поймем, что идет подготовка к серьезной обороне.
- Вырыть эти туннели – это же сложная история.
- Все в жизни сложно, если находить причины, чтобы это не делать. Глаза боятся – руки делают.
- Тема фортификаций очень болезненная. В России чиновников привлекают к ответственности вплоть до арестов из-за отсутствия фортификаций на Курщине. У нас почти ничего не сделали на Сумском направлении и далее по списку. И это на двенадцатый год войны и четвертый после начала полномасштабного вторжения. Почему мы столь преступно легкомысленны?
- Вы задаете вопрос всему украинскому народу. Но за эту тему отвечают некоторые конкретные лица. Их бездействие или непрофессиональная деятельность - это область для реакции силовых органов. Ибо известно, что безответственность порождает безнаказанность, а безнаказанность – хаос. Безответственность, к сожалению, сейчас является мощной чертой определенных властных слоев. Самая большая наша проблема в том, что власти дают своим представителям зарабатывать на этой войне, в том числе на некачественном строительстве фортификационных сооружений. Если деньги воруют даже на этом, то какие будут выводы?
К сожалению, у нас до сих пор не определены приоритеты, куда и какие деньги тратить. Мы канючим у наших западных партнеров средства на производство дронов и при этом не используем огромное количество собственных ресурсов. Например, деньги, предусмотренные в бюджете на содержание гражданско-военных администраций оккупированных территорий. Это больше десяти миллиардов гривен. За эту сумму можно закупить где-то 41-42 тысяч штук шикарных дронов для тактического уровня.
- В голове не укладывается.
- В интернете есть открытая информация о бюджетах наших городов: Киев – 90 миллиардов гривен, Львов – 17, Днепр – 19, Одесса – 12, Кременчуг почти 4. Однако посмотрите, какой процент предусмотрен на усиление ПВО этих городов. Будете удивлены, но там практически ни о чем.
В Киеве могут сказать: "Пять из 90 миллиардов мы отдаем для материально-технического обеспечения Вооруженных Сил". Хорошая цифра. Но ведь я не задаю вопрос о Вооруженных Силах, а говорю о противовоздушной обороне столицы. Вот в чем проблема.
Поэтому мы должны четко определиться, немедленно пересмотреть эти бюджеты и отменить расходы по непонятным во время войны статьям. Каждую копейку следует взять на учет и использовать исключительно на вопросы безопасности и обороны, которые должны быть в приоритете.
Вспомните, как действовали во время Второй мировой западные страны. Даже в Соединенных Штатах Америки, официально вступивших в войну после событий в Перл-Харборе, перешли на карточную систему, которая позволила взять под контроль все ресурсы, начиная с резины, цветных металлов, сахара, кофе и т.д. Никто из американцев от голода не умирал, но лишнего у граждан не было. Та самая Великобритания, где было немного сложнее со снабжением, поскольку это остров, а Германия вела с ними мощную морскую и подводную войны, ввела карточки еще в 1938 году. До 1955-го там было ограниченное и контролируемое потребление, потому что почти все деньги шли на победу.
Теперь посмотрите на насыщенность товарами наших торговых центров и супермаркетов. Нужны ли некоторые позиции во время войны?
Следующая проблема. Огромное количество денег у нас пропадает. Подчеркиваю, что не говорю, что они украдены, потому что мы не знаем, куда они делись. Слово "украдено" мы можем употреблять, когда будет уголовное производство по поиску этих денег и воров. А это сделано? Нет. К примеру, в 2022 году исчезло более одного миллиарда долларов, выделенных на закупку снарядов. Ни снарядов, ни долларов, ни виновных в этой истории до сих пор нет.
– Идет война, которой мир еще не видел. Совершенно другие технологии и другие подходы. Ежедневно на нас летят сотни дронов и десятки ракет всех типов. Специалисты говорят, что очень скоро следует ждать налетов до тысячи БПЛА. Мы в свою очередь наносим систематические эффективные удары по российским военным предприятиям и логистике. Можно ли выиграть современную войну только дальнобойными ударами? Или все равно все будет решаться на земле?
– Почему же мир не видел такой войны? Война всегда одинаковая - что во времена древнего Рима, что теперь. Способы и методы ведения боевых действий могут изменяться, а то, что одна страна хочет разрушить и захватить другую, подобное продолжается на протяжении тысячелетий.
Надо понимать, что комплексное использование ресурсов страны, подготовка экономики и населения к долгому противостоянию, фортификационное оборудование территорий и т.д. плюс системное разрушение российских предприятий по выпуску продукции для обеспечения потребностей их армии является залогом успеха. Достаточно сложно придумывать велосипед. Он был создан задолго до нашего рождения. Так же и во время ведения боевых действий не нужно ничего придумывать. Есть нюансы типа какие колеса мы хотим прикрутить на этот велосипед и в какой цвет его покрасить. А все остальное остается таким же, как и было раньше.
– Государство не готовили к войне. За это мы заплатили слишком высокую цену. Казалось бы, делайте выводы и работайте круглосуточно на Победу. Однако мы видим полные провалы в международном секторе, взять хотя бы неспособность построить нормальные отношения с командой Трампа, каким бы он ни был – другого нет, в мобилизации, в экономике, в информсопротивлении, в изготовлении качественного оружия – все помнят историю о ста тысячах бракованных мин. Сплошные схемы и дерибаны. Чем же мы тогда отличаемся от россиян?
- Хороший вопрос. Однако в России проблем, которые вы перечислили, как раз не существует. Что касается нас, мы иногда похожи на рьяных скаутов, которые сами трудности создают, а потом их пытаются мужественно преодолеть. Наши страны совершенно разные по своей ментальности, целям и путях к ним.
У нас есть ошибки. И их много, но это не означает, что они трагичные и безвыходные для украинского общества. У него есть все возможности для четкого анализа и обработки причинно-следственных связей – кто и как что-то сделал, почему так произошло и что делать дальше.
- Вы так надеетесь на наше общество?
- Любое общество всегда нуждается в пассионариях. В украинском их было предостаточно. Львиная часть вышла на Майдан в 2014 году, затем вступила в ряды ВСУ и добровольческие батальоны. Так же, как и в начале полномасштабного вторжения. Эти люди и стали костяком того сопротивления зимой и весной 2022-го, который спас Украину от капитуляции. Только этих пассионариев в определенный момент стало меньше, но это не значит, что их нет. Именно на них надежда, что они и дальше станут движущей силой общества.
Пассионариями не рождаются, их нужно воспитывать. К сожалению, ни при какой власти вопросы национально-патриотического воспитания не поднимали на нужный уровень. Никто из президентов Украины не хотел иметь мотивированный, обученный и вооруженный народ. В лучшую сторону пока изменений нет. И не будет, если мы ничего не будем делать.
– Как вы относитесь к фразе "мы уже победили"? Она вас не раздражает?
– Мы можем победить, если немедленно начнем выполнять домашнюю работу над собственными ошибками.
Когда в стране семь миллионов мужчин не обновили свои данные на военном учете, когда некоторая часть украинского населения радуется, что россияне наносят удары по территориальным центрам комплектования, когда у нас популярны ролики людей, которые сбежали за границу и потом выставляют в соцсетях, что это круто, то я понимаю, что сейчас мы отрыгиваем отсутствие внимания к вопросам национально-патриотического воспитания в течение тридцати лет.
Мы стали де-юре государством, а фактически еще не выросли до уровня государства и отдельного народа. Нас должно что-то объединять. Прошлое нас объединяет. Настоящее объединяет, но не всех. Ибо некоторые живут по принципам "а какая разница?", "мы подождем", "нам пофиг, какой цвет флага на админзданиях". А другие снимают последнюю рубашку и продают ее, чтобы отдать эти деньги на нужды Вооруженных Сил. Одни проливают кровь в окопах, другие сажают печень в кабаках. То есть у некоторых наших сограждан разные восприятия Родины и своего долга. Поэтому пока не стоит вопрос о нашем единстве.
- "Почему я должен донатить?" Часто такое слышу.
- Мы же постоянно читаем о системных коррупционных скандалах. Поэтому человек может сказать: "А почему я должен помогать? Все равно деньги украдут". Это вроде правильная логика. Но если мы хотим жить в свободной независимой стране, то и не совсем. Когда украинское общество начнет жить по принципу "не ври, не воруй, не молчи, когда это делают другие", ситуация изменится.
- Очень тревожно сейчас. Надежда только на армию. Мы выстоим?
- А у нас нет другого выбора. Уинстон Черчилль в своем выступлении 13 мая 1940 года предупредил британцев: "Мне нечего вам предложить, кроме крови, тяжелого труда, слез и пота". Тогда же он сказал еще одну ключевую фразу: "Победа любой ценой, победа вопреки всему ужасу, победа, какой бы долгой и тяжелой ни была дорога, потому что без победы нам не выжить".
"Без победы нам не выжить" написано на флагах, которые я распространяю. Волонтеры их потом продают, а деньги идут на Вооруженные Силы. Я считаю, что эта фраза является основой нашего настоящего и будущего.
Победа начинается с каждого из нас. Мы ежедневно должны задавать себе вопрос: "Что я сделал для нашей Победы?". Ничто так не побуждает развитие общества, как поиски на вопрос "кто мы, для чего существуем и как дальше будем жить". Надо жить, а не коптить воздух.
