В Украине низкий уровень пенсий, но, несмотря на войну, именно эти социальные выплаты всегда и в полном объеме выплачиваются гражданам. То же касается и пенсий по инвалидности.
Но готово ли государство к пенсионной реформе, чтобы повысить уровень жизни пенсионеров и обеспечить дополнительные выплаты для военных и детей войны? И должна ли современная молодежь доверять системе или все же нужно уже откладывать на пенсию?
На все эти вопросы в интервью для today.ua ответил народный депутат Украины, Первый заместитель председателя Комитета Верховной Рады Украины по социальной политике и защите прав ветеранов Михаил Цимбалюк.
- Во время полномасштабной войны государство продолжает выплачивать пенсии гражданам, но эти социальные выплаты давно нужно пересмотреть, ведь выжить на несколько тысяч гривен нереально. Из-за войны некоторые соцвыплаты на паузе. Может ли такое произойти с пенсиями?
- Можно критиковать пенсии по сумме, по платежеспособности, по инфляции. Но то, что государство все 11 лет войны России против Украины полностью выполняет все социальные обязательства, это позитив. Может ли так случиться, что полностью прекратят выплачивать пенсии? Я не думаю. Так не случится. Поскольку пока будет существовать государство и будет существовать платежная система, до тех пор будут выплачивать пенсии. Поэтому я не верю, что какое-либо правительство пойдет на такие вещи. Здесь можно людей успокоить - пенсии будут выплачиваться, несмотря на финансовые трудности, которые есть в государстве.
- Число работающих в Украине не покрывает потребности всех пенсионеров, поэтому государство дотирует Пенсионный фонд. Насколько велика дыра, которую нужно сейчас латать?
- Более трети украинской экономики работает в тени, и правительство это признает. В разных государствах в Европе максимум 3-5% экономики может быть в тени, а у нас – треть. Это угрожающая ситуация и правительству нужно делать так, чтобы вывезти из экономику из тени, потому что там резерв. Если говорить о дыре, то она относительна. Это благодаря мобилизованным, а их есть большое количество и они имеют денежное обеспечение, и они уплачивают единый социальный взнос. Поэтому Пенсионный фонд у нас сейчас почти не дотирован, дотируются только так называемые "спецпенсии".
Учитывая, что правительство дотирует Пенсионный фонд, то если даже есть остатки, то Пенсионный фонд вынужден возвращать их в государство. Хотя я считаю, что это неправильно, и фонд может некоторым категориям доплачивать из остатков, но сегодня война, и у нас есть то, что есть. Поэтому можно говорить, что пенсионный фонд работает сбалансированно и сегодня ему хватает тех расходов, которые поступают через единый социальный взнос.
- Так получается, что есть бабушка, которая получает 2,5 или 3 тысячи, а есть экс-судья, экс-работник силовых структур, получающий 30, 40, 50 тысяч. И мы дотируем получение этих пенсий, при этом не доплачиваем людям, получающим минимум. Рассматривается ли вариант оптимизации расходов и сокращение специальных пенсий в Украине?
- Они и так сокращены. И в бюджете на этот год уже установлены ограничения – 23 тысячи. То есть больше 23 тысяч не получают. Но есть нюансы, что более 23 тысяч получают наши военные пенсионеры, ушедшие на заслуженный отдых после 2014 года, во время Великой войны. И такой дисбаланс будет, мы никуда от этого не денемся. Сегодня сектор безопасности и обороны на первом месте.
Каким-то образом государство должно стимулировать людей, рискующих жизнью и теряющих здоровье. Пенсия – это один из стимулов. Поэтому мы не можем говорить только о пенсии силовиков. Это категории, включающие и ликвидаторов на Чернобыльской АЭС. Мы тоже у них забрали, это справедливо? Если мы говорим о правоохранителях, то мы должны понять, что государство полностью меняет приоритет. Поскольку, когда мы сегодня агитируем подписывать контракт на службу в Вооруженных силах Украины, Государственной пограничной службе, Национальной гвардии, Национальной полиции, Службе безопасности, то мы им говорим: государство не может сегодня вам платить более 23 тысяч гривен денежного обеспечения, но один из стимулов - это льготное получение жилья, пенсионное обеспечение.
- Один из одиозных пенсионеров Сергей Кивалов имеет пенсию 246 тысяч гривен, это задекларированная информация. Называю Кивалова для примера, хоть он такой не один в Украине. А где же тогда ограничения в 23 тысяч?
- У нас есть категории. Например, судьи, это тоже дело спец законов, имеющих пожизненное денежное довольствие. Я не знаю работал ли Кивалов когда-то судьей или нет, и каким образом он установил пенсию, возможно через суд. Но насколько мне известно, его тоже должны касаться ограничения, потому что это недопустимо. Но, я еще раз подчеркиваю, мы должны говорить о том, что нужно менять спец законы.
Проблема не в том, почему кто-то получает много. Проблема в том, почему кто-то получает мало, а это почти 25% всех пенсионеров, получающих до 3 тысяч гривен. Это 2 миллиона 600 тысяч граждан. Вот в чем проблема. Ибо подход, давайте заберем у богатых и разделим между бедными – это советский подход. Так Ленин поступил. И до чего их довела советская модель? Мы должны говорить о другом. Первое, что не может быть такой разнобой и безумный разрыв, нужно делать пенсионную реформу.
Потому что сегодня, например, если мужчина уходит на пенсию с должности декана, то будет иметь пенсию в пределах 10 тысяч, а ушедший на пенсию с этой же должности десять лет назад имеет 4 тысячи. Вот в этом проблема.
Но есть другое дело – у нас большое количество граждан и по сей день работают "на конверт". А пенсионный фонд видит только то, что человек платил как единый социальный взнос. Проблема в том, чтобы сегодня молодые люди уже заботились о своей пенсии. Не только клали деньги в негосударственные Пенсионные фонды. Они должны смотреть, чтобы работодатель их официально оформлял и платил в соответствии с зарплатой единый социальный взнос. И это те средства, которые потом будут работать.
Будущие пенсионеры должны рассчитывать на себя
- На какую пенсию может рассчитывать современная молодежь или лучше им думать о финансовой подушке, в том числе в негосударственных организациях?
- Нужно, по-моему, рассчитывать на себя. И главное – работать официально. Если нам удастся усовершенствовать солидарную систему, это и есть гарантия от государства. Но учитывая инфляцию, мы ведь не знаем экономически, что нас ждет. Молодым людям я желаю, чтобы они имели достойную работу, официальную, и, конечно, пользовались и другими системами. У нас есть три вида: солидарная, накопительная и страховая. То есть страховые фонды у нас есть, можно откладывать и там. Это тоже положительно, потому что накопительная пенсионная система и страховая – это твои средства. Когда работает солидарная система, то если человек умирает – средства пропадают. А в накопительной и страховой есть твой счет, и ты можешь завещать детям, жене, мужу и тому подобное. То есть надо разные варианты искать, но залог хорошей старости – это достойная работа и желательно официальная.
- Когда уровень украинских пенсий приблизится к пенсиям европейского уровня?
- Уверен, что экономическая стабильность придет после войны. И примерно 4-5 лет большого восстановления. Тогда в государство пойдут большие инвестиции. У нас уже есть проблема примерно 5 миллионов рабочих мест, а будет еще больше, поэтому рынок труда вырастет. И работодатели и государство в том числе вынуждены будут платить европейского уровня зарплаты, чтобы вернуть наших людей из Европы домой.
Конечно, нужно создавать примерно европейские условия: безопасности, социальной защиты, ну и конечно, уровня оплаты. Я уверен, что нам удастся этого добиться. Я оптимист.
- ООН сменила классификацию возрастных категорий населения. Молодежь у них теперь числится до 45 лет. Может ли это в будущем подтолкнуть Украину к пересмотру пенсионного возраста и его продлению?
- Это очень сложный вопрос. Это может быть пересмотрено, по-моему, только в одном случае - когда уровень жизни украинцев будет расти. Глядя на войну, на обнищание людей, я не вижу в ближайшее время возможности поднятия пенсионного возраста. Он и так поднялся. Потому что на сегодняшний день, чтобы женщина оформила пенсию, достигнув 60-летнего возраста, ей нужно 30 лет стажа, мужчине – 35. Если этого стажа нет, то тогда пенсию не назначают и нужно обратиться через три года.
Но, глядя на скандинавские государства, на другие европейские – там существенно поднят пенсионный возраст. Это может быть одним из условий, когда мы станем членами европейской семьи. Но я еще раз подчеркиваю, у нас очень важные цели – нам нужно повышать уровень жизни мужчин и женщин. Ибо мужчины, к сожалению, живут еще меньше, чем женщины. А во время войны эта статистика еще ухудшилась. Поэтому пока я не вижу перспективы поднятия пенсионного возраста.
- Недавно появилась возможность получить статус "ребенок войны", русско-украинская война имеется в виду. Может ли рассчитывать современный "ребенок войны" на то, что получали наши дедушки и бабушки в прошлом?
- Мы с ужасом признали, что у нас есть дети войны настоящего, потому что мы привыкли, что это те дети, которые пережили тяжелые времена Второй мировой. Я уверен, что в будущем к этому статусу будут подходить более серьезно. И это категория детей, которые это тяжелое время понесут в поколение, а государство достойно будет их поддерживать. Хотя компенсировать это конечно невозможно.
- Есть пенсия по инвалидности. Готова ли Украина в будущем к выплате таких пенсий сотням тысяч людей, которые получат этот статус из-за войны?
Там тоже прошла определенная трансформация. Когда мы говорим о военнослужащем с инвалидностью во время действия военного положения – это совсем другая история. Они получают то, что и должны согласно денежному довольствию, в зависимости от полученной травмы и т.п. Там приличные, по-моему, выплаты.
А у гражданских людей в зависимости от группы, разные выплаты. От 1800 грн, до 5000 примерно. Но мы должны говорить, может ли человек с инвалидностью выжить за эти средства. Конечно, есть большая проблема. Мы должны адаптировать подходы европейцев, в которых самый высокий процент занятых людей – лиц с инвалидностью. У нас та же ситуация – люди хотят работать.
Мы приняли закон, чтобы на государственной работе больше задействовали лиц с инвалидностью, чтобы были созданы отдельные рабочие места, и мы даже стимулируем работодателей. То есть мы по этому пути сейчас пошли.
Даже военные с инвалидностью говорят: "Мы не хотим быть обузой. Мы хотим заниматься тем, чем можем быть полезным государству". Этим людям нужно создавать условия, чтобы они были полезны для государства, конечно, если состояние здоровья позволяет. Если не позволяет, то это уже должна быть нагрузка на государство.
Пенсионерам советуют продолжать работать
- Знаем, что ныне работающие пенсионеры могут рассчитывать на получение 85% начисленной пенсии, но не менее 1423 гривен 50 копеек. Эффективно себя показала эта программа? И что посоветуете действующим пенсионерам – параллельно работать или выгоднее все же жить исключительно на пенсию в Украине?
- Конечно, нужно работать. Более того, сейчас это стимулируют работодатели. У нас, кстати, 2,8 миллиона пенсионеров сейчас работают. И средняя пенсия работающих граждан – 6300 гривен. И государство стимулирует, что если два года поработал, то это возможность поднять свою пенсию. Нужно работать, потому что это продолжает жизнь самого пенсионера – он в социуме, он нужен, он это чувствует. Более того – это дополнительная оплата. Мы не поддержали предложение, чтобы человек выбирал либо пенсию, либо зарплату для работающих пенсионеров. Мы считаем, что этих людей нужно стимулировать. И мы видим, как увеличивается количество работающих пенсионеров.
Здесь две причины. Первая – работодатели начинают ценить тех людей, которые раньше уволились и имеют профессию. Вторая – это уменьшение количества рабочей силы. По такому пути идет очень большое количество европейских государств. У нас за этим тоже будущее. Человек, имеющий пенсию, но желающий и состояние здоровья – он должен быть полезен не только для себя, но и для государства.
- Михаил, вам в ноябре 61, вы уже пенсионного возраста. Будете работать и дальше на пенсии? И расскажите о размере своей пенсии.
- Ну я тоже получаю пенсию по выслуге лет как генерал, но сейчас подпадаю под ограничения. Поэтому получаю, как и все те, кому ограничена пенсия.
- 23 тысячи?
- Нет, у меня тридцать.
- Хотите и дальше работать?
- Конечно, нужно работать – тем самым мы себя стимулируем и показываем другим пример.
